Осада и падение Перемышля.

[svkon]

Долгие шесть месяцев 8 русских дивизий блокировали крепость и находившийся в ней 150-ти тысячный австрийский гарнизон. Крепость, состоявшая из 18 фортов и 4 батарей, считалась неприступной. Большинство фортов были оснащены современной артиллерией: гаубицами, скорострельными орудиями и мортирами. Все главные и броневые форты имели электроснабжение, прожектора, лифты, вентиляторы, помпы, рефлекторы для улучшения условий круглосуточной обороны. В крепости работала система радиосвязи.
Первый штурм, под командованием генерала Д.Г. Щербачева, начался 5 октября после отказа командующего гарнизоном Перемышля генерала Германа Кусманека фон Бургнойштэдтена от сдачи крепости. Подготовленный наспех и потому бессмысленный, штурм оказался неудачным.
Учтя все ошибки предыдущего командующего, генерал А.Н. Селиванов принял решение взять крепость измором, окружив ее крепким кольцом. Солдаты приступили к возведению линий траншей вокруг крепости. Легкие артиллерийские батареи защищали войска от обстрелов противника во время работ вокруг крепости. Тяжелые орудия были развернуты в сторону Перемышля для регулярных обстрелов.
Регулярные обстрелы серьезно подорвали боевой дух австрийских солдат. С каждым днем падала их уверенность в благоприятном исходе обороны. Обстановка ухудшалась с каждым днем. Начался голод. Поэтому комендант решился на прорыв к своим основным силам, Он снабдил войска продовольствием на несколько дней. И в ночь с 18 на 19 марта 1915 года гарнизон пошел в отчаянную атаку. Командование крепости надеялось захватить русские военные склады, после чего соединиться с австрийскими армиями в Карпатах. Венгерской пехоте удалось сходу захватить передовую линию русских укреплений. Однако главные позиции осажденные захватить уже не смогли. Из 8500 солдат и офицеров 23-й венгерской дивизии, принимавших участие в прорыве, обратно в крепость вернулись лишь 2662.
Осознав безнадежность дальнейшего сопротивления, 21 марта 1915 года генерал Кусманек отдал приказ о капитуляции Перемышля. В 10 утра 22 марта 1915 года передовые русские отряды вошли на территорию крепости. Трофеями в Перемышле стали 900 орудий. В плен попали 9 генералов, свыше 2500 офицеров и 117 000 солдат австро-венгерской армии.
В ночь перед запланированной капитуляцией гарнизона большинство артиллерийских орудий в Перемышле было испорчено, форты взорваны. Кавалерийских лошадей неприятеля тоже ждало истребление от рук его же солдат.
В 9 часов утра 9 (22) марта 1915 года Перемышль капитулировал. Без каких-либо условий в плен сдались без малого четыре армейских корпуса: 9 генералов, 2875 офицеров, 113 831 солдат (включая нестроевых). Неожиданно для русских войск выяснилось, что они взяли крепость вдвое меньшей численностью войск.
Тогда сложно было предположить, что немногим более месяца спустя на Юго-Западном фронте разразится Горлицкий прорыв. Позиции русских армий будут сметены огненным валом неприятельской артиллерии, начнется «Великое Отступление». В этот кризисный момент времени Перемышль планировали эвакуировать, затем – оборонять. Наконец, сочли не крепостью, а участком укреплённой позиции. Немецкие и австро-венгерские войска 3 июня 1915 года вновь заняли его, возвратив большинство утраченных орудий. Однако успех русского оружия остался в истории Великой войны и аннулирован не был.

[svkon]

ГК 4 ст.№65.176
65176 ЛИТВИНЮК Сергей Даниилович — 74 пех. Ставропольский полк, 14 рота, рядовой. Награжден по Высочайшему повелению о роздан Свиты Его Величества генерал-майором графом Граббе за октябрьские бои 1914 г.
Предположительно за Перемышль.

[Leon]

22 марта 1915 года русские войска взяли Перемышль и выполнили завет Ивана Грозного о возвращении «исконно русских земель». В разрушенную крепость прибыл Николай II, наградивший главнокомандующего великого князя Николая Николаевича бриллиантовой шпагой с надписью: «За завоевание Червонной Руси». Празднование победы над австро-венграми продлилось недолго. Уже 5 июня Перемышль после осады и штурма захватили немцы. Как вспоминали потом русские генералы, удержать крепость не удалось из-за нехватки снарядов.
Территория с городом Перемышлем была присоединена к Древнерусскому государству в 981 году в результате похода князя Владимира и получила известность как Червонная (Красная) Русь. В «Повести временных лет» о военном успехе Крестителя было сказано следующее: «Пошел Владимир на поляков и захватил города их, Перемышль, Червен и другие города, которые и доныне под Русью». В процессе феодального дробления Руси город превратился в центр Перемышльской земли в составе Галицко-Волынского княжества. После монгольского нашествия он был завоеван Польшей. Новые хозяева стали называть город на свой манер — Пшемыслем. На месте древнерусского детинца король Казимир III возвел готический замок.
Московские правители на протяжении веков считали Перемышль своей вотчиной, незаконно оккупированной поляками. В частности, его возврата в числе других городов требовал Иван Грозный.
После раздела Речи Посполитой Перемышль перешел к Австро-Венгерской империи как часть королевства Галиции и Лодомерии. Однако в городе традиционно существовала значительная прослойка тех, кто желал сменить подданство и присягнуть императору России. В свою очередь, генералы Николая II мечтали вернуть «исконно русские земли». 3 сентября 1914 года войска Русской императорской армии (РИА), развивая успешное наступление в рамках Галицийской битвы, вступили во Львов.
В оперативно напечатанной брошюре «Разгром русской армией Австрии и взятие Львова в Галиции» говорилось, что «русское население Галиции пережило бесчисленное количество всяких невзгод, унижений и разорения».
По оценкам историков, «русские нанесли противнику урон в 250 тысяч человек, взяли 100 тысяч пленных, причинили австро-венгерской армии такой урон, от которого она уже не смогла оправиться». Поражение войск династии Габсбургов объяснялось не только ошибками командования. В Вене пеняли на низкий боевой дух солдат: многие попавшие под мобилизацию подданные императора — чехи, хорваты и поляки — не понимали сути войны.
От Львова до Перемышля — около 100 км на запад по прямой. Известие о взятии первого города вызвало в руководстве второго настоящую панику. Еще в самом начале Первой мировой войны правительство Австро-Венгрии произвело массовые аресты реальных или предполагаемых сторонников России, прежде всего, галицийских и буковинских русинов. По своему социальному статусу это были в основном крестьяне и сельская интеллигенция. Репрессии сопровождались кампанией ненависти и шпиономанией в прессе.
15 сентября 1914 года при конвоировании заключенных русофилов на них напали военные-венгры и примкнувшие к ним горожане. Из 46 человек выжили лишь двое.
Жестокая расправа над единомышленниками вызвала среди не выявленных австро-венграми русофилов округа Перемышля устойчивое желание скорейшего прихода РИА.
Как русские брали одну из крупнейших крепостей Европы
К 21 сентября 1914-го войска русского Юго-Западного фронта в ходе Галицийской битвы заняли почти всю восточную Галицию и почти всю Буковину с Черновцами. Передовые отряды 3-й русской армии под командованием генерала Радко-Дмитриева подошли к Перемышлю. Так началась крупнейшая осада Первой мировой войны.
Оборонительные укрепления в местной крепости возводились с середины XIX века. В 1878 году здесь появились долговременные фортификационные сооружения, в 1910-м усиленные земляными пехотными укреплениями. С началом войны в 1914 году в защитной линии появились дополнительные окопы, казармы и артиллерийские огневые позиции. В крепости был размещен сильный гарнизон.
26 сентября силы РИА полностью заблокировали Перемышль. С 5 по 7 октября русские войска нанесли основной удар по фортам к юго-востоку от города, однако атаки на северные форты были отбиты с большими потерями для наступающей стороны. За три дня штурма русская армия потеряла около 40 тыс. человек. 8 октября к крепости подошли австрийские войска, и русские были вынуждены отступить на несколько километров к востоку. 11 октября осада одной из крупнейших крепостей Европы окончилась неудачей РИА.
После отражения германо-австрийского наступления в ходе Варшавско-Ивангородской операции австрийские войска снова отступили, и на этот раз Перемышль был осажден 11-й армией под командованием генерала Андрея Селиванова.
Австро-венгерский гарнизон крепости превосходил осаждавших количественно, насчитывая 135 тыс. солдат и офицеров. Кроме того, в городе находились 18 тыс. мирных жителей и около 2 тыс. русских военнопленных. Понимая бессмысленность попыток штурма, Селиванов взял Перемышль в кольцо и намеревался добиться сдачи крепости измором. Русские генералы учли уроки предыдущей неудачной осады. 11-я армия окопалась на подступах к оборонительным сооружениям крепости. Также была увеличена артиллерийская мощь.
Последние месяцы блокады оказались для населения Перемышля необычайно тяжелыми. Запасы продовольствия подходили к концу. Голод усиливался изо дня в день. Цены на продукты выросли до небывалых размеров. Из-за плохого питания начали распространяться болезни. Австрийцам пришлось забить 13 тыс. лошадей. Уменьшались солдатские порции, но в самом гарнизоне голода не было.
После истощения продовольственных запасов в крепости командующий гарнизоном Герман фон Кусманек 18 марта попытался прорвать окружение. Усилия его войск оказались напрасными. В кровопролитном бою у стен Перемышля австро-венграм было нанесено сокрушительное поражение. Русские взяли в плен 107 офицеров, примерно 4 тыс. нижних чинов и захватили 16 пулеметов. 22 марта утром крепость капитулировала. Перед этим гарнизон расстрелял весь боезапас и взорвал оборонительные сооружения, командование сожгло документацию. Отныне Перемышль терял свое значение как хорошо защищенная цитадель на стыке геополитических интересов Вены и Петербурга.
Что вспоминали Николай II, Родзянко и Деникин
В тот день Николай II записал в своем дневнике: «После утреннего доклада вернулся к себе и начал письмо Аликс (императрице Александре Федоровне. — «Газета.Ru»), как вдруг Николаша (главнокомандующий РИА, великий князь Николай Николаевич. — «Газета.Ru») ворвался ко мне с Янушкевичем и Даниловым и объявил радостную весть о падении Перемышля! После завтрака был отслужен благодарственный молебен при множестве офицеров и лейб-казаках. Отправил Граббе в 11-ю армию Селиванова с наградами и крестами. Сделал небольшую прогулку. Сильно таяло. Дал Николаше Георгия 2-ой степени. Занимался после чая и окончил все. За обедом выпили по стаканчику шампанского».
А председатель Государственной думы Михаил Родзянко так вспоминал о ходе военной кампании в своих мемуарах: «На фронте в течение зимы мы продвигались в Галицию. С неимоверными трудностями войска преодолевали Карпатские горы и спускались в Венгерскую долину. 9 марта (по старому стилю. – «Газета.Ru») пал Перемышль. Без штурма, почти без боя. Генерал Селиванов, отчаявшийся взять Перемышль, собирался было снимать осаду, но неожиданно, чуть ли не в тот же день, когда собирались уходить, Перемышль сдался. Там мы взяли 117 тыс. пленных.
Оказалось, что в крепости не хватало продовольствия и что славяне враждовали с венграми. Кусманеку, коменданту крепости, запертые в Перемышле солдаты грозили смертью.
Он приказал делать вылазку и идти на прорыв. Послушалась только часть — венгерские полки. Попытка их, однако, не удалась, и большинство их них бежало обратно в крепость. Говорят, что Кусманек аэропланом запрашивал Вену, и ему разрешили сдаться. После взятия Перемышля великий князь Николай Николаевич получил бриллиантовую шпагу с надписью: «За завоевание Червонной Руси».
По количеству взятых в плен капитуляция Перемышля заняла второе место в истории после сдачи французской крепости Мец в ходе франко-прусской войны, когда в плен попали 173 тыс. человек.
Как уточняется в книге Леонида Соколова «Львов под русской властью. 1914–1915», когда раздались первые взрывы в перемешльских фортах, возвещавшие о сдаче крепости, русские войска бросились к оставленным фортам и вскоре заняли без выстрела первую оборонительную линию. Тогда же в лагерь генерала Селиванова прибыли австрийские парламентеры и начали переговоры. Но уже во время переговоров казаки, которые опередили пехоту, вошли в город и, не встречая никакого сопротивления, спокойно разошлись по Перемышлю, покупая в магазинах табак и папиросы.
Помимо коменданта Кусманека в плен русским сдались еще восемь генералов, 93 штабных офицера, 2204 обер-офицера и 113890 нижних чинов. Трофеями РИА стали около 1000 орудий.
В начале апреля Родзянко посетил Галицию и нашел подтверждение слухам о том, что в войсках катастрофически не хватает снарядов.
«Казалось, что мы у себя, среди друзей, где не заметно враждебного отношения и где даже крестьяне по своей одежде и говору напоминали наших хохлов», — констатировал он.
Польский историк и писатель, участник еще Польского восстания 1863 года Юзеф Бялыня-Холодецкий вспоминал: «Пришла 22 марта 1915 года во Львов печальная весть, что крепость Перемышль сдалась русским войскам, принужденная к этому недостатком продовольствия. Во Львове воцарилась подавленность; многие оптимисты не хотели даже верить этой печальной новости, и только развешенные вечером по приказу русских властей флаги на домах рассеяли всякие сомнения.
С другой стороны, не таили своей радости русофилы и спешили массово с поздравлениями к резиденции генерал-губернатора,
который велел устроить официально по городу шествия, процессии с портретами царя и великого князя, верховного главнокомандующего, в окружении флагов, военных подразделений, солдат, полицейских и части гражданского населения, которая виватами и возгласами давала выражение своим чувствам».
Родзянко, один из главных оппонентов Николая II в те годы, был склонен считать падение Перемышля следствием просчетов австро-венгерского командования.
«Перемышль — последнее слово военной науки, где природные условия дополнялись чудом фортификации: казалось, что взять его было нельзя, и только предательство Кусманека помогло сдаче крепости, — отмечал он. — Множество орудий стояли рядами по пути крепости и в самой крепости. В земском союзе, где мы остановились, рассказывали много интересного про первые дни «нашего» Перемышля. Население и войска в нем голодали, в госпиталях больных оставляли без помощи, и после занятия крепости мы нашли большие запасы муки, картофеля и мяса. У Кусманека была прекрасная ферма из ста коров, которая перешла в ведение земского союза».
25 апреля 1915 года Перемышль посетил Николай II. Для этого он проследовал на поезде до Самбора, а затем проехал на автомобиле. Крепостные сооружения, взятые русскими воинами, ему показывал генерал Алексей Брусилов. Радость императора по поводу военного успеха, впрочем, была недолгой.
В осаде Перемышля участвовали многие офицеры, через несколько лет оказавшиеся по разные стороны баррикад в Гражданской войне.
Например, инженер-фортификатор, в будущем генерал Красной армии Дмитрий Карбышев получил под стенами крепости ранение в ногу и за храбрость и отвагу был награжден орденом святой Анны с производством в подполковники. А один из лидеров Белого движения Антон Деникин в своих мемуарах предпочитал акцентировать внимание на скорой потере Перемышля. Уже 16 мая к крепости подошли войска Германской империи. Случилась новая осада, и 5 июня 1915 года после штурма русский Перемышль пал.
«Весна 1915 года останется у меня навсегда в памяти. Великая трагедия русской армии — отступление из Галиции. Ни патронов, ни снарядов. Изо дня в день кровавые бои, изо дня в день тяжкие переходы, бесконечная усталость — физическая и моральная; то робкие надежды, то беспросветная жуть. Помню сражение под Перемышлем в середине мая. Одиннадцать дней жестокого боя 4-ой стрелковой дивизии... Одиннадцать дней страшного гула немецкой тяжелой артиллерии, буквально срывавшей целые ряды окопов вместе с защитниками их. Мы почти не отвечали — нечем. Полки, измотанные до последней степени, отбивали одну атаку за другой — штыками или стрельбой в упор; лилась кровь, ряды редели, росли могильные холмы. Два полка почти уничтожены — одним огнем», — писал генерал Деникин.